Новости

Уважаемые исследователи!

Предлагаем вам размещение ваших материалов на страницах нашего сайта.

Для того, что бы опубликовать статью необходимо прислать ее в Вордовском файле используя кнопку для написания сообщений модераторам. Кроме того, просим вас высылать свое резюме, которое также будет размещено на сайте.

Обращаем ваше внимание на то, что модераторы оставляют за собой право отказа в публикации, если сочтут статью написанной не на должном научном уровне. В случае, если статья будет содержать стилистические погрешности, модераторы оставляют за собой право выслать ее на переработку.

Надеемся на плодотворное сотрудничество.

Желаем творческих успехов.

Ничевоки (литературная группа)

 

Ничевоки — литературная группа, сложившаяся в Москве в начале 1920 года и окончательно оформившаяся в августе того же года при Союзе поэтов в Ростове-на-Дону. Члены группы — Сусанна Мар, Елена Николаева, Аэций Ранов, Рюрик Рок, Д. Уманский, Олег Эрберг, Сергей Садиков, М. Агабабов, Лазарь Сухаребский, Борис Земенков. Из этого большого списка остались в литературе имена Бориса Земенкова, ставшего позднее известным москвоведом, и Сусанны Map (настоящая фамилия - Чалхушьян, 1900-1965), создавшей много поэтических переводов с английского, польского и других языков. О Рюрике Роке известно, что он после 1921 г. эмигрировал в Западную Европу.

        Московская группа «ничевоков» (существовала около двух лет в 1920 и 1921 годах) была российским отголоском известной европейской группировки дадаистов (дадаизм возник во время I Мировой войны в 1916 году в нейтральной Швейцарии, в Цюрихе, после войны центр движения переместился в Париж, а в 1921 году основная часть дадаистов влилась в новую, куда более влиятельную группировку сюрреалистов). Смысл дадаистского движения - на абсурд войны ответить таким же абсурдом искусства. Отсюда эпатаж, скандалы, эстетика безобразного и дисгармоничного.

        Русские ничевоки смогли издать два небольших альманаха - «Вам» (М., изд. «Хобо», 1920, 20 стр., под ред. Л. Сухаребского) и «Собачий ящик», или Труды Творческого бюро Ничевоков в течение 1920-1921 гг. Под ред. Главного секретаря Творничбюро С. Садикова, вып. 1 (М., изд. «Хобо», 1921, 16 с.).               
       Оценивая состояние литературы, Ничевоки признавали жизненным направлением творчества лишь имажинизм, о себе же заявляли в декрете — «наша цель: источение произведения во имя ничего», указывали на свое кровное родство с дадаистами. В следующем своем «декрете» ничевоки провозгласили «отделение искусства от государства», а свое творческое бюро выдвигали в качестве аппарата по руководству искусством.

        В начале существования этой литературной группы ее представителей можно было видеть на улицах Москвы выкрикивающими: «Сансара!». По крайней мере, в начале ничевокам была близка философия буддистов.

      Ничевоки не признавали существовавшего искусства. Более или менее терпимо они относились к имажинистам, наиболее яро они отрицали акмеистов и футуристов. Так выглядело обращение ничевоков в первом их сборнике «Вам»: «О, великий поэт, гигант и титан, последний борец из бывшей армии славных Вадим Шершеневич, радуйся и передай свою радость своему другу, автору высокочтимой «Магдалины» Мариенгофу, шепни на ухо Есенину…»[i].

     Весьма своеобразными были представления ничевоков о гигиене. Как только московский интеллигент средней руки становился ничевоком, его жилище преображалось: «Диван, кушетка и прочая мебель приняли такой грязный, обшарпанный и ни с чем не сообразный вид […]»[ii].

     Самобытными были и разговоры Ничевоков. Один из них приводил в своих воспоминаниях И. Грузинов:

Ничевочка

-                        Как поживаете, Хобо?

Ничевок

- Благодарю вас, Хобочка. Ничего.

Ничевочка

- Что нового, Хобо?

Ничевок

- Ничего, Хобочка.

Ничевочка

- Вы, кажется, только что вернулись из Петербурга, Хобо?

Ничевок

 - Да, Хобочка. Был в Петербурге

Ничевочка

- Как поживает там Анна Ахматкина, Хобо?

Ничевок

 - Говорят, что Ахматкина уже никак не поживает, Хобочка. Говорят, что она уже загнулась.

Ничевочка

- Как же после этого вы осмеливаетесь утверждать, что ничего нового! Конец Ахматкиной – большая радостная новость, Хобо.

Ничевок

- Для меня нет ни горя, ни радости. Я, Хобочка, равнодушен[iii].

    

     Одной из причин быстрого распада этой группы была трагическая смерть С. Садикова, попавшего в Петербурге под трамвай. Его смерть была страшна. Трамвайным вагоном поэт был притиснут к земле и полураздавлен. Спасти его было невозможно – сдвинуть вагон в горизонтальном направлении означало перерезать несчастную жертву наполовину, вытащить его означало в буквальном смысле разрезать на куски. Целую ночь поэт лежал под вагоном трамвая. Он был в полном сознании и диктовал из-под вагона телеграммы для передачи их в Москву[iv].

     М. Ройзман связывал распад группы с другим эпизодом: «Группа ничевоков просуществовала около трех лет, а исчезла буквально за тридцать минут. В начале 1923 года заседало правление Союза поэтов, вопросов было много. Около одиннадцати ночи представитель ничевоков Рюрик Рок спохватился, что опаздывает в гости, извинился и выбежал из комнаты. Когда после заседания мы собрались расходиться, кто-то обратил внимание на туго набитый портфель, лежащий на подоконнике. Чей он? Никто на этот вопрос ответить не мог. Тогда председатель ревизионной комиссии открыл портфель и извлек оттуда хлебные, продуктовые, промтоварные карточки, ордера на готовую обувь, головные уборы, мужскую и женскую одежду. Все дело объяснили вторые печать и штамп Союза (первые хранились под замком в ящике письменного стола в комнате президиума). Стало ясно: Рок заказал штамп и печать, подделал подпись председателя Союза (в тот год им был И. А. Аксенов) и написал требования на всевозможные карточки и ордера. Он мог сбыть их на Сухаревке. Председатель ревизионной комиссии позвонил по телефону в уголовный розыск, оттуда приехали оперативные работники, составили акт, захватили с собой портфель. Той же ночью Рюрик Рок был арестован, и группа ничевоков распалась»[v].

Библиография: От ничевоков чтение Вам, ред. Л. М. Сухаребского, кн-во «Хобо», М., 1920; От Рюрика Рока чтение, Ничевоко-поэма, кн-во «Хобо», М., 1921; Ничевоки, Собачий ящик, Труды творческого бюро ничевоков, под ред. Главного секретаря Творначбюро С. В. Садикова, вып. I, кн-во «Хобо», М., 1921; Рюрик Рок, Сорок сороков, Диалектические поэмы Ничевоком содеянные, кн-во «Хобо», М., 1923.

 



[i] Ройзман М. Все, что помню о Есенине. М.: Советская Россия, 1973. С. 84.

[ii] Грузинов И. Маяковский и литературная Москва. / Мой век, мои друзья и подруги: Воспоминания Мариенгофа, Шершеневича, Грузинова / Сост., указатель имен С. В. Шумихина и К. С. Юрьева. М.: Московский рабочий,1990. С. 683.

[iii] Грузинов И. Маяковский и литературная Москва. / Мой век, мои друзья и подруги: Воспоминания Мариенгофа, Шершеневича, Грузинова / Сост., указатель имен С. В. Шумихина и К. С. Юрьева. М.: Московский рабочий,1990. С. 684-685.

[iv] Грузинов И. Маяковский и литературная Москва. / Мой век, мои друзья и подруги: Воспоминания Мариенгофа, Шершеневича, Грузинова / Сост., указатель имен С. В. Шумихина и К. С. Юрьева. М.: Московский рабочий,1990. С. 686.

[v] Цит. по: Мой век, мои друзья и подруги: Воспоминания Мариенгофа, Шершеневича, Грузинова / Сост., указатель имен С. В. Шумихина и К. С. Юрьева. М.: Московский рабочий,1990. С. 683.

Прикрепленный файлРазмер
Иконка документа Microsoft Office Ничевоки (лит. группа).doc40 КБ

Ключевые слова:

Список словарей: